11.01.15

Степные истории из зоны АТО


Я уже как-то писала, что наш город это сплошные покумки. Хотя, я думаю, покумки-это проблема всеукраинского масштаба, а не только маленьких городов, сел и поселков. Помниться, как в министры назначали кума кумы кума…Ну, да Бог с ними. Я про свое, про девичье.

Разговаривали нынче с кумой кумы по куму через куму. Она, не хочу никого обидеть, так как действительно устала от ярлыков типа «вата», «вышевата», скажу так, она верит в то, что мы уже в России. Мы - это наш город. Приграничье Луганщины. А еще она «истинная православная русская славянка». Да, вот так. Тридцатилетняя домохозяйка Алла гордится тем, что ей в какой-то общественной организации выдали свидетельство, о принадлежности к православным славянам. Теперь она высшая раса. С нами разговаривает, горделиво, с царственным снисхождением, постоянно вздыхая, с укором сторону нашей неправославности и православной неграмотности. Из всего православного у нее золотой крестик. Большой, правда, хороший такой, размером с ладонь, а еще диск с заунывными песнями «мы все погибли в борьбе за Россию», «мы несем свой крест над Москвой-рекой», «ворон плачет над моею могилой», «к нам зашел ветхий старец и молвил с порога, все мы к Богу уйдем, собирайтесь в дорогу» …
Она всегда плачет, когда их слушает, говорит, что жизненно, с верой поют. Я как-то спросила, мол, кто ж песни написал, если они все погибли в борьбе за Россию. Алла, снисходительно к нашей православной безграмотности, ответила «Россия бессмертная держава». На этом и порешили. Посты Алла правда не держит, так как это «сложно, рецепты там выбирать, продукты», в церковь ходит «тока по праздникам, вина и водички посвятить», не видит особой разницы во «Владимирской» и «Казанской» иконах, так как «о, а я думала это одна и та же Матерь Божья, что их несколько было», но и, опять же, речь не об этом. Это я так, к слову, предыстория, так сказать.
Во-первых, Аллочка отмечала Новый Год, по-русски (имеется в виду время) и очень обиделась на всех своих соседей, а так же на куму и кума, которые через кума, которые с кумом загадывали мир под звон украинских часов. Поэтому при встрече спешила поделиться своим разочарованием.
-Вот, предатели, - возмущалась она, - я и не знала, сколько в городе укров осталось. Как праздник всех выявил, а, хоть списки складывай. Это хорошо, буду знать теперь, с кем не здороваться,- раскрасневшаяся на морозце, жаловалась нам с кумой на жизнь Алла,- мне значит, говорили, что за нас, за Россию, а сами «пусть вернется Украина» под йолку загадывали, сволочи. 
- А вы как Новый Год встречали, по какому времени,- гневно бросила она на нас взгляд НКВДиста.
- По- нашему,- дружно ответили мы с кумой. 
Мы, вообще-то, кумы битые, нас просто так на путина не возьмешь. Как-то нас с кумой остановили на блокпосте опочленцы (извините, очепятка), так через полчаса мы знали все пароли блокпостов в округе, позывные и проблемы снабжения армии, а еще через полчаса опочленцы просили нас отойти от блокпоста и не мешать работать. Потом на этом блокпосте нас полгода не останавливали. Как увидят куму в окне машины с улыбкой в ширину переднего стекла, сразу машут, мол, проезжай, не останавливайся. Поэтому, как толерантные укропские дипломаты в условиях оккупации, надев маску ярых сепов, отвечаем честно и откровенно «по-нашему». Завсегда верят! Просто тут наши у каждого свои, поэтому все уверены, что «наши» это ихние, а не наши. 
-Ой, ну, слава Богу, - восклицает Аллочка, определившись в нашем нашестве.
Алла у нас «за Россию» в рамках «сильный Путин», «эротический Жирки» и «не отдавать кредит Привату» и, конечно же, «там истинное славянское православие». 
Во-вторых, кума очень любит доставать Аллу вопросами, а потом неделю поднимать себе настроение её ответами. Алла подвоха не видит и всегда любознательность кумы принимает за чистую монету.
И опять, смотрю, всё, приплыли, у кумы носик розовый, глазки, как прицел снайперской винтовки, бесята, вижу, вышли погулять, разминают рожки, крылышки, копытца. Сейчас начнется. Не мешаю.
Кума, особо опасный мастер троллинга, информ-дзюдоист первого ранга (не, ну а шо, ежели из развлечений тока пьяные разборки сепов и бег по сберкассам в поисках денег) спрашивает у Аллы, как у истинной православной:
-Аллочка, ты нам, грешным, разъясни, как теперь правильно Рождество встречать. По-новому стилю, по-новоросскому, чи по-старому?
-По-новоросскому, - хмыкает, одаривая нас царственным взглядом Алла,- а как еще?! - жмет она, плечами недоумевая, как можно быть такими безграмотными и добавляет поблажливо, - это хорошо, что вы верующие, наши, так и спасем православие. Вот эти, - она мотает головой в сторону презренного, мы так понимаем, укропского противника в лице всего мира и её знакомых, - они не понимают, что если укры нас захватят, то нас всех сразу канонизируют даже детей,- истерически вздыхала Алла, вызывая на моем лице недоумение, - понимаешь, принудительно. А моя бабушка крещенная, мать крещенная и я крещенная, а каноники будут нашу веру попирать.
-Кто? Каноники?- опешив, я, перебирала в памяти остатки рашановостей, пугалок СМИ и других адептоманий.
-Ты чего, не знаешь, вот, что значит не быть истинным православным,- с гордостью взмахивает ресницами и руками Алла, как бы очерчивая круг от меня нечестивой, - там же на западенщине, все каноники. Вот они войну начали, чтобы наше православие уничтожить, церкви наши забрать и нас канонизировать.
Кума-затейница начинает вытирать слезы и, пожаловавшись на внезапный приступ гриппа, ОРВИ, ОРЗ и аллергии на «якусь хрень», предательски прячется за спину. А до меня наконец-то доходит смысл диалога. Как говорит моя кума, «до мене, як до уткы на третьи суткы». В понимании Аллы каноники, это католики. Пытаюсь не смеяться. Чего уж там, смеяться. Пытаюсь не ржать. 
Алла пышет верой, разъясняя нам угрозы канонизации. Принимаем с кумой позу «та ты шо» и уходим в эстетическую нирвану.
С момента политического абсурдизма образовавшегося на наших территориях, мы с кумой выработали ряд стратегических приёмов. «Та ты шо» - основной. Глаза, пылающие любовью, направленный на оппонента взгляд шопоголика увидевшего какую-то неземную блискучую хрень и протяжное «та ты шо», с точностью ракеты класса «У» сбивают противника с ног, возводят его в ранг особо одаренных и дают возможность блеснуть всем, что кроме сережек в голове имеется.
Спорить?! Доказывать?! Разъяснять?! Неееее! Это не мое и не наше. С момента вспышки вируса лнризма и сыпи руссколюбия на теле моего города, я, после сотни попыток, доведших меня до сердечного приступа, поняла, нельзя мешать человеку блуждать в его заблуждениях. Каждый имеет право на свое мнение. Я сама не люблю, когда мне говорят «вы должны», «обязаны», «я считаю, что я прав». Война научила меня слушать, делать выводы внутри себя, разговаривать с оппонентом выслушивая его точку зрения. Война, как и ее основания, здесь у каждого свои. И если один ополченец воюет за будущее Новороссии в целом, то его сотоварищ по блокпосту, может воевать совершенно за другие принципы или их отсутствие. 
Наше «та ты шо» проверено войной и общением с новороссами, переводится в интеллигентное - «вы прекрасны в своем безумии» и действует безукоризненно.
Алла рассказала о войнах каноников с православием в историческом аспекте. О сотнях вырезанных священников, распятых канониками на церквях и жутких колониях каноников в Одессе. 
Кума ушла в засаду. Спрятавшись за моей спиной, хлюпала носом в мою шубку и из-за плеча расспрашивала Аллу о принудительной канонизации. Мол, как проводятся, как отличить врага и как спастись от процедуры. 
Алла была снисходительна к нашей православной беспомощности. 
-Каноники ходят во всем черном, - вещала она.
Мы с ужасом посмотрели на человека в черном пальто стоящего на остановке. Враг мог быть рядом.
-Неее, - проследив за нашим взглядом, - сказала Алла, сняв с мужика подозрения, - в длинном. В плащах. Еще у них крест. Прямой. У нас, православных, с изгибами, а у них прямой. И они все на укропском говорят. Как один. Им по-другому нельзя, их лишат сана.
-А если поймают, как канонизируют, больно,- не унималась болящая из-за спины.
- Женщин стригут на лысо, а мужчин обрезают, - Алла помолчала,- Там, ну, вы поняли где.
Кума не поняла. Требовала пояснить.
-Где там? Пальто, что ли укорачивают или брюки обрезают,- с невинными глазами, продолжая составлять конкуренцию моле, ковыряя носом в шубке, спрашивала кума.
-Вот ты бестолковая,- качала головой Алла,- пипиську они мужикам обрезают. 
-Та ты шо!- Кума рыдала. Я стояла стойко, держа позиции.
-Мужиков жалко, - хлюпая и вытирая слезы, пояснила свою истерику кума, - свого не дам.
-Вот, нужно бороться, оборонять нашу святую Русь и новороссию, - Алла парила в торжестве истины.
-Так это вроде евреи, иудеи, так сказать, обрезание проводят, мусульмане там, попыталась я стукнуть в окошко Аллиного сознания.
-Так это же и есть каноники, - опять укоризненно покачала головой она,- просто у них течений много.
-Течениииииий, - неслось из-за спины,- мноооогооо! - кума переживала,- де ж на них мужиков стоко набрать.
-Ну, да! У нас единое православие, а у них много разных течений, которые воюют между собой,- просветила нас собеседница.
-Алла,- меня вдруг осенило, - а что ты посоветуешь в отношении старого нового года. Праздновать?
-Конечно, - удивилась Алла, - это же наш, советский православный праздник.
-Ага,- мысленно потирала я руки,- а ты знаешь его историю, праздника? Откуда он взялся?
-Нет, - честно призналась Алла,- это, вроде, по – старому календарю, что был до СССР, в революцию празднуют.
-Ну, вообще-то корни этого праздника связанные с религией и православием, - обьяснила я, - ты, конечно, можешь у батюшки спросить, он тебе лучше расскажет. Дело в том, что после рождения Иисуса, ему, как и всем детям в его стране, делали обрезание. Вот старый новый год, это праздник обрезания Иисуса Христа. 
Алла задохнулась от возмущения и негодования. Её лицо побагровело, она вдохнула, выдохнула, собираясь с мыслями, но…
НО, в виде моей кумы, хлюпнуло носом, вылезло из засады и добило, контрольным:
-Нифигасе, Алла, ты шо, скрытый каноник, раз обрезание отмечаешь. Мы вот на старый новый год с кумой ни гу-гу, мы чтим, вернее бдим. Сидим и бдим, шоб ни один каноник, ни-ни. А тут ты, Алла,- укоризненно так, - эх, редеют ряды, редеют…
Наша собеседница что-то прошипела и быстро отпрыгнула в сторону маршрутки, скрывшись за ее дверьми. А мы еще минут двадцать стояли на остановке, икая и вытирая слезы.
Думаете, все…Ан нет. Алла позвонила куме через пару дней.
-Я все узнала, я в церкви была,- сообщила гневно трубка,- это все укры придумали, каноники, чтобы наш православный праздник себе присвоить. А вы бестолочи неграмотные, даже не знаете, что Христос никогда в Египте не жил и мусульманином не был. Это Магомет, которому все обрезали. Не хрен путать хрен с редькой!- сообщила куме истинная тридцатилетняя православная славянка Алла Иммануиловна…
Вот так, век живи, век учись. Так что мы с кумой теперь люди православно и канонически образованные. Да, а на людей в черном, все же поглядываем с опаской, каноники, знаете ли, они такие каноники…
Дописати коментар